Экс-нардеп Святослав Олийнык в своем Фейсбуке проанализировал ситуацию вокруг ТВi и отметил несколько интересных моментов.
"Никто не оспаривает утверждение о том, что канал (ТВi - ред.), как коммерческий объект, не интересен. Это уже заявил Хорошковский и это подтвердит любой собственник СМИ. Значит, канал может представлять интерес только как инструмент влияния на определенный сегмент общественного мнения. Такой инструмент может заинтересовать только тех, кто играет в политические игры.
То есть, вывод первый: за канал могут бороться только те, кто готов тратить деньги на политику.
В то же время за канал идет борьба. Это очевидно и происходит у всех на глазах.
В конфликте обозначились две стороны: условно - сторона Княжицкого и сторона Шеремета. Кто бы что ни говорил, но именно эти люди - два основных фронтмена, стреляющие информационным напалмом в сторону оппонентов.
Шеремет говорит, что Княжицкий выступает в интересах Арбузова (то есть, нового поколения современной украинской политики), а сторона Княжицкого утверждает, что Шеремет - это представитель Медведчука, который собирался завладеть каналом. Напомню, Медведчук позиционирует себя как официальный представитель Путина в Украине, главный политический пропагандист интеграции Украины с Россией.
Обе версии совпадают с первым утверждением о том, что канал может быть интересен только тем, кто тратит деньги на реализацию какой-то политической позиции. Арбузов представляет ультра современное крыло нынешней украинской власти, а Медведчук - действующей российской.
Так очерчивается ось противостояния в конфликте, в который так или иначе втянуто украинское общество", - пишет он.
"Гипотеза об участии в конфликте Медведчука - самое разумное объяснение, мягко говоря, странной позиции Тимошенко, которая призывает бороться за канал в логике Шеремета, нанося при этом удар по собственному имиджу, потому что захватчик в этом случае - депутат ее собственной партии. Значит, есть такой интерес в этом деле, который выше не только одного депутата, а и собственного политического имиджа.
Это похоже на тот же интерес, что и в случае с газовым контрактом, когда фактически была сдана энергетическая независимость государства и который составлялся при участии того же Медведчука.
Тогда логика укладывается в единый сценарий и открывает настоящие мотивы этой политики", - подытожил политик.
Олийнык также отметил, что заставить прессу писать о рейдерских захватах практически невозможно без денег. Пресса объясняет это просто отсутствием общественной значимости вопроса. Но когда пресса подключается к корпоративным конфликтам за деньги, например заплаченные специальным PRагентствам, тогда в сюжетах о захватах начинают формироваться какие- то "значимые" общественные акценты - безработица, насилие, инвестиционный климат и и.д.
"Каждый, кто имеет опыт в этом вопросе, знает, что если нет прессы, то нет и внимания к конфликту - нет и конфликта. Что же в конфликте с каналом удерживает тему в информационном пространстве? Это - "журналистская этика и солидарность".
Хотя, конечно, многие люди задают вопрос: а причем журналисты к разборкам собственников? Но этот вопрос остается никем не подхваченным, а значит, его вроде бы и нет. Зато есть светлый образ Мустафы, которого, по моему мнению, используют втемную, как эдакого морального журналистского авторитета, который не может быть не правым.
Кто же основные рупоры? Слово стороне Шеремета (но не другой стороне) дают в передаче у Шустера - здесь все понятно. И еще - на УП.
А вот это уже требует более внимательного взгляда. А почему собственно? Почему УП так откровенно становится на сторону одной из партий конфликта? Почему УП позволяет себе вешать на Княжицкого ярлык вора? Чего вдруг такая заангажированность?
Каким таким образом вдруг УП фактически принимает линию Медведчука в конфликте за канал?" - интересуется экс-нардеп.
|
Если вы обнаружили ошибку на этой странице, выделите ее и нажмите Ctrl+Enter.
|